Узник. Пушкин А.С.

Стихотворение «Узник», написанное Александром Пушкиным в 1822 году, относится к периоду его южной ссылки (1820-1824 гг.), когда поэт по приказу генерал-губернатора Санкт-Петербурга был вынужден покинуть столицу и отправиться в Кишинев. Несмотря на то, что местный градоначальник, князь Иван Инзов, относился к поэту достаточно снисходительно, новое назначение на службу в канцелярию отдаленной провинции Пушкин воспринял, как личное оскорбление. Будучи по своей натуре свободолюбивым и лишенный права выбора, поэт понимал, что за слишком вольные стихи его ожидала, как минимум, ссылка в Сибирь. И лишь благодаря ходатайству друзей он сохранил титул дворянина и должность коллежского секретаря. Тем не менее, свое пребывание в пыльном и грязном Кишиневе поэт воспринимал как заточение. И именно этому периоду жизни посвятил стихотворение «Узник».
Сказки Пушкина А.С.
ПУШКИН А.С. 
СТИХОТВОРЕНИЕ "УЗНИК"

Сижу за решеткой в темнице сырой.
Вскормленный в неволе орел молодой,
Мой грустный товарищ, махая крылом,
Кровавую пищу клюет под окном,

Клюет, и бросает, и смотрит в окно,

Как будто со мною задумал одно.
Зовет меня взглядом и криком своим
И вымолвить хочет: «Давай улетим!

Мы вольные птицы; пора, брат, пора!

Туда, где за тучей белеет гора,
Туда, где синеют морские края,
Туда, где гуляем лишь ветер... да я!...»

1822
Из школьной программы




В начале мая 1820 года Пушкин был вынужден покинуть столицу и отправиться в южную ссылку. Причиной этому были “крамольные” стихотворения вроде оды “Вольность” и “Деревня”, меткие шутки, каламбуры, эпиграммы, которые жадно переписывались вольнолюбивой молодежью и не могли не привлечь внимания царского правительства. Три недели Пушкин провел в семействе генерала Раевского, своего знакомого. Радушная атмосфера дома Раевских, где талант молодого поэта почитали, и чарующая природа Южного Крыма делали ссылку Пушкина поистине счастливыми днями. Но время летело быстро, вскоре пришлось оставить Раевских и отправиться к месту своей постоянной службы — в Кишинев. 
Дом-музей А.С. Пушкина в Кишинёве, где он проживал с 21 сентября до середины ноября 1820 года.
 Приехав в указанное место, поэт был потрясен разительной переменой: вместо цветущих крымских берегов и лазурного моря — оголенные, выжженные солнцем бесконечные степи. Сразу сказалось отсутствие друзей, шумных бесед и споров с ними. 
ИЗ ПИСЬМА К ВИГЕЛЮ

Проклятый город Кишинев!
Тебя бранить язык устанет.
Когда-нибудь на грешный кров
Твоих запачканных домов
Небесный гром, конечно, грянет,
И — не найду твоих следов!
Падут, погибнут, пламенея,
И пестрый дом Варфоломея,
И лавки грязные жидов:
Так, если верить Моисею,
Погиб несчастливый Содом.
Но с этим милым городком
Я Кишинев равнять не смею,
Я слишком с библией знаком
И к лести вовсе не привычен.
Содом, ты знаешь, был отличен
Не только вежливым грехом,
Но просвещением, пирами,
Гостеприимными домами
И красотой нестрогих дев!
Как жаль, что ранними громами
Его сразил Еговы гнев!
В блистательном разврате света,
Хранимый богом человек
И член верховного совета,
Провел бы я смиренно век
В Париже ветхого завета!
Но в Кишиневе, знаешь сам,
Нельзя найти ни милых дам,
Ни сводни, ни книгопродавца.
Жалею о твоей судьбе!
Прибыв в Кишинев, Пушкин остановился в заезжем доме Ивана Николаевича Наумова. Дом этот сохранился, в нем помещается открытый 10 февраля 1948 г. Дом-музей А.С.Пушкина. То, что Пушкин проживал именно в этом доме, подтверждается свидетельствамии ближайших кишиневских знакомых Пушкина - И.П.Липранди и В.П.Горчакова. Тот же факт, что сохранился именно этот дом, подтверждается планом старого Кишинева.

В начале сентября 1944 г. местные жители показывали мне, где находится "домик Пушкина", как они его называли. Вид этого домика, находящегося на улице Антоновской, №19 (ранее, при Пушкине она называлась Антоньева), был ужасен. Провалившаяся крыша, ветхие двери, окна и полы, грязь и руины зданий, находящихся близ него (здесь теперь разбит небольшой сквер). Нужны были срочные меры, чтобы сохранить этот дом. И вот домик Пушкина был реставрирован и 10 февраля 1948 г. в нем открыт мемориальный музей А.С.Пушкина. Кстати говоря, в Советском Союзе сохранились только два дома, в которых жил Пушкин: последняя квартира поэта в Ленинграде, Мойка, 12 и дом в Кишиневе. Все остальные дома (в Михайловском, в Болдино, в Каменке и другие) восстановлены.

Отрывок статьи Б.А.Трубецкого"Домик Пушкина" из книги "Пушкин в Молдавии".
Не было и того постоянного веселого гама, который с утра до ночи наполнял дом Раевских. Была только канцелярия, скучная, однообразная работа и ощущение полной зависимости от начальства. Чтобы развеять эту гнетущую скуку, чтобы прогнать чувство смертельной тоски и одиночества, чувство покинутости, забытости, оторванности от всего того, что делало его жизнь жизнью, а не существованием, поэт занялся самообразованием: читал, перечитывал, обдумывал.. . И, несмотря на то, что кругозор его становился шире, и на многие вопросы были найдены ответы, ощущение зависимости от чего-то и кого-то не давало поэту покоя. Он чувствовал себя пленником. В это время и написано Пушкиным стихотворение “Узник”. 
 Стихотворение невелико по объему: в нем всего двенадцать строчек. Но каждое слово настолько соответствует своему месту, что его нельзя заменить никаким другим. По форме своей стихотворение напоминает фольклорное произведение, поэтому так легко впоследствии стало исполняться как песня. 
 Идея стихотворения “Узник” — призыв к свободе. Это мы понимаем сразу, только прочитаем его. Призыв к свободе — в крике орла, клюющего под окном узника пищу. Орел тоже пленник, он вырос и вскормлен в неволе, но стремление к свободе в нем так велико, что никакие другие радости не могут заменить его. “Давай улетим! ” — призывает свободолюбивая птица узника. И дальше поясняет, подбадривает: “Мы вольные птицы; пора, брат, пора! ” В этих словах — мысли Пушкина о том, что по природе своей человек, как и птица, должен быть свободным. Свобода — естественное состояние каждого живого существа. 
 “Узник”, как и многие другие стихотворения Пушкина, делится на две части, отличающиеся друг от друга интонацией и тоном. Части не контрастны, в них постепенное, возрастающее усиление чувства. Оно начинается с призыва орла: “Давай улетим! ” Здесь спокойный рассказ стремительно переходит в страстный призыв, в крик о свободе. Усиливаясь все больше и больше, этот крик как бы зависает на самой высокой ноте. Он — в словах: “... лишь ветер.. . да я! ”. 
 Интересно то, что в “Узнике” ни разу не встречается слово “свобода”, в то время как этим чувством стихотворение пронизано насквозь. Свобода — вот к чему стремились герои стихотворения, свободы — вот чего не хватало его автору.
А теперь ЕРАЛАШ